Тисса
- Помню ли я?

Он нажимает кнопку за кнопкой, переходя от пульта к пульту, и в чреве огромной машины рождается ненавистный всему свободному миру звук. Для него этот звук не значит ничего, он действует как робот, хотя это вовсе не так, пусть многие давно подозревают обратное. Он выполняет свою работу, он проверяет показатели и отправляется спать в каюту, где нет ничего кроме жёсткой койки без одеяла и подушки и старой картины в пластмассовой рамке без стекла.
Вес свободный мир, напротив, просыпается. Давно растерявшие настоящие имена и лица люди поднимаются с постелей и отправляются – кто куда, согласно давно заведённым автоматическим привычками. Они двигаются как роботы, и частично это так, потому что в этом автоматизме им помогают датчики, много датчиков, и волшебные контролёры мышц и суставов. Для самостоятельных действий нужны особые резоны, и этим утром ни у кого их нет.
Он спит не больше трёх часов, ему хватает, потому что потом он открывает глаза и просто лежит, рассматривая картину: изображённого в искажённых пропорциях человека, одной ногой стоящего на небольшой приступке, второй – отталкивающегося от земли, а руками – тянущегося к огромному солнцу. Это картина достижений и благоденствия, обрушившихся на весь свободный мир; это картина о герое, осознавшем свои силу и предназначение, но так и не встретившего чудовища; картина свершившегося настоящего, где солнце всем светит одинаково ласково, греет, но не сжигает.
Проходит ещё три часа, и машина замолкает, а люди свободного мира возвращаются в свою виртуальность, так и не открыв глаз и не совершив ничего за отмеренный им машиной срок реальности. И тогда их враг выходит из каюты и начинает обход главного информационного центра, состоящего только из коридора, машины и маленькой каюты; висящего в воздухе на искусственном острове; оплетающего нитями весь мир, как забытое вместе с именами и лицами древнее божество. Он проверяет показатели, он чистит и смазывает, он ремонтирует и заменяет детали, он делает всё, что чудовище продолжало жить. Потом он опять приходит в каюту и ждёт времени, когда нужно будет жать кнопку за кнопкой; он снова смотрит на картину.
Нельзя сказать, что он понимает, что видит, что он вообще помнит, как называется, изображённое на ней: эти слова «солнце», «человек» - разве они говорят ему что-то. Он вообще давно ничего не видит и не слышит, и уж тем более не помнит, что он враг свободного мира, он герой, заключивший с чудовищем пакт. Он раз за разом возвращает их в мир, которого они не хотят видеть.
Он единственный, кто когда-то вспомнил своё имя и в самом деле дотянулся до солнца. И теперь это всё, что видят его глаза: огромная, сжигающая свободный мир огненная звезда.