Сколько было уже боли, сколько,
Горько каждый день, так странно горько,
Но только роли не изменишь - и только:
Сколько будет ещё боли, сколько?


Forever young!
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:35 

- Помню ли я?
Светлый день сменился светлой ночью, пьяно покачиваясь, рассвет обнял утро и зашептал ей на ушко удивительно непристойные вещи, так что она просто застыла, шокированная, и не сразу дала охальнику отпор.
В кромешной тьме – единственном кусочке такой тьмы на всей планете – зашевелилась жизнь. Здесь она была забитым жалким кусочком плоти, неизвестно зачем пробудившимся среди вулканов, цунами, ущербных лун, высохшей земли, ядовитой воды, ураганов и пустынь. Кусочком, едва шевелящимся, дышащим тяжело и часто, не в силах надышаться тяжёлым воздухом планеты; бесформенным кусочком, с кое-как отращенными конечностями, с затянутыми плёнкой глазами, вечно испуганным сердцем. Этот кусочек прятался во тьме, лишь бы только уберечься от внимания вездесущего, предающего его света. Страшно пытаться представить, какой была жизнь этой частицы жизни, жизни, которая всегда должна звучать гордо.

Вот идёт человек – у него может быть любое имя, оно не важно сейчас, и практически любое занятие, это тоже не важно; во внутреннем мире этого человека светлый день сменяется светлой ночью, извержения вулканов страшными цунами, ураганы селями, ядовитые осадки великой сушью; тому, что должно звучать гордо, в его внутреннем мире отведено мало, по сути, на откуп ему даден крошечный кусочек плоти, такой жалкий, что невозможно даже пытаться представить себе его существование; в этом кусочке плоти заключена душа, и она всегда – в кромешной тьме.

15:34 

- Помню ли я?
Горчичный цвет солца

"н" добавь
ах, да

Горчичный цвет солнца они сочли приметой того, что Край уже приближается.
Тёмное солнце сразу бросилось в глаза, как только они вышли из подземных ходов на поверхность; и хорошо, что солнце было именно такое - глаза, в которые оно бросилось, отвыкли от яркого света.

Вчера настроение было романтичнее.
А что делать? Настроения - они нас с тобой не слушаются... Зато смешно получается:)

00:12 

"Бубен Нижнего Мира" (с)

- Помню ли я?
Дети пели какую-то забавную нескладушку, когда небо в очередной раз упало на головы их родителей.
Дети остались одни, но не отчаялись, а побежали в старые катакомбы, чтобы поиграть в «Ведьму из Блэр» и «Дневники мертвецов». Играть в «Кливерфилд» они не любили, потому что им не нравился Младенчик, а кроме того их смущали Пауки, от которых взрывались люди. Они не были уверены, что смогут достоверно иммитировать это в игре.
Дети росли не по дням, а по часам, путь же к катакомбам был долгий, и все они прибавили около двух лет, пока прибежали на место, вступив, таким образом, в пубертатный период. Теперь им нравились другие игры - «Факультет» и «Мир Л». Между собой они, на всякий случай, уточнили, что «Факультет» - это не тот фильм про Фродо, спасающего мир с помощью порошка, а тот, который «Фа-куль-тет», древний сериал про фа-куль-тет.
Катакомбы были опасным местом, в котором погиб бы и Принц Госплана, про которого детям всё равно ничего не было известно, потому что на головы их родителям упало небо, и потому родители забыли выдать детям библиотечный комплект: каталожные карточки плюс абонемент к окулисту.
Итак, катакомбы были опасным местом, так что до того времени, когда пришёл черёд игр в «Жизнь» и «Жизнь на Марсе» дожили не многие, да и те не знали точно, что такое «Марс» и всерьёз склонялись к буквальному пониманию обстановки игры: Марс – это Англия семидесятых.
По правде говоря, в «Жизнь на Марсе» уже-почти-не-дети играли так себе, чем совсем перестали нравиться катакомбам, и последние вытолкнули их назад к светлому дню и светлой ночи.
Светлая ночь склонилась над ними ласково, понимая, что они ни в чём не виноваты, жалея их и утешая, пока светлый день готовил в стороне шприцы со «сладким запахом». Дети исчезли, но небо так и не вернулось на место, и родители ничего не заметили. Они жили своими собственными иллюзиями, где всё было «как у всех и не хуже».

00:09 

Я не знаю (29)

- Помню ли я?
Невеста

«Дорогой дневник…
Дьявол. Как они это делают? Все эти великовозрастные девчонки, мои персонажи, которых я заставляю вести дневники?
Ни одна моя книга не обошлась без дневника или хотя бы записочки самой себе. А сценарии? Как я люблю смотреть на это: в фильмеце, в сериальчике, сооружённом по моему сценарию, показывают дневник, который ведёт героиня.
Я, помнится, ни разу ещё не описала, как выглядит тот или иной дневник; ни разу не написала что-то вроде: «Это была обычная толстая школьная тетрадь, со смешными детскими наклейками – пара сердечек, забавный милый котёнок, звёздопад; к тетради прилагалась закладка с портретом Стефана Забо – кумира и женского угодника, киноактёра, популярного певца и владельца огромного белого теплохода «Стефан». Расчерченные на полуторные клетки, широкие, без полей, глянцевые страницы были исписаны аккуратным, немного детским почерком Марианн». Ага. Я всегда называю это просто «дневник», а потом ловлю кайф, рассматривая, каким его изобразил режиссёр. У меня есть тайная коллекция: распечатки кадров из фильмов, где появляются эти дневники.
И вот, сейчас я пытаюсь записать пару своих мыслей в такой вот дневник и понимаю, что могу записывать только чужие.

читать дальше

00:55 

Образ, который я где-то подцепила

- Помню ли я?
Мужчина и женщина целуются, то страстно, то нежно, долго, будто выпав из времени, увлечённо, сознавая из окружающей действительности только друг друга, самозабвенно, счастливо.
В какой-то момент один из них (неважно, кто именно) открывает глаза и рассматривает лицо партнёра. Как только первый закрывает глаза снова, второй открывает свои и смотрит с тем же выражением.
И тогда становится ясно, что каждый из них притворяется.

22:21 

Взаимоисключения

- Помню ли я?
Можно всю жизнь стремится к счастью.
Или же можно всю жизнь быть счастливым.
Невозможно заниматься и тем, и другим одновременно.

00:54 

- Помню ли я?
Когда пролетали над ярким пятном цветочной долины, притормозили, опустились на небольшой холм: полюбоваться растениями – с большими вытянутыми оранжево-красными лепестками, высокими толстыми стеблями, лишёнными листьев. Ветер поднимал волны на этом море в агрессивных тонах, и ты протянул мне руку и, засмеявшись…
…как наваждение, как сон перед глазами ходили оранжево-красные волны. Сердце стучало в висках, а другой ритм сотрясал тело. Собственный стон казался продолжением цветного воздуха. Неба было не видно за этими лепестками, и солнечный свет впервые обретал свой истинный оттенок – оттенок звёздных протуберанцев. Звёзды…
…луч расплавил металл, прошёл сквозь броню и, конечно, сквозь тело. Не хотелось задумываться, что именно шипело в месте попадания – металл или плоть. Сражение закончилось для тебя не так удачно, как ты рассчитывал, совсем не так удачно, как ты рассчитывал, совсем не так удачно, как…
…вся жизнь стоила этого: в момент соприкосновения луча с телом, ты покинул последнее, чтобы пролететь над ярким пятном цветочной долины, протянуть мне руку и спуститься вниз с холма, войти в оранжево-красное море. Забыть…
…медленно поднимаясь с мокрого пола, скользя и спотыкаясь, дошёл до терминала и отдал приказ. Схлопнулась ловушка времени, и всё вернулось туда, откуда началось, к яркому цветочному морю, родителям, небу с невидимыми звёздами, а потом рвануло вперёд со скоростью звука, к последнему, что было, – лучу и шипению металла. И всё быстрее, быстрее замыкалось в кольцо непрерывного движения. Только тогда…
…только оранжево-красное море. Оно того стоило. Оно стоило. Потом продолжили путь дальше - к облакам.

19:08 

Я не знаю (23)

- Помню ли я?
Старик


«Начало
Родился как все, тем же способом, говорят. Не помню этого, но верю, что же иначе делать, нежели, как верить. Несомненно родился, вот он я, щупаю сам себя – щупаю локоть, руку, запястье, щупаю пульс. Пульс учащённый, прерывистый, но это не от приступа, мне тут подсказывают, а от возраста.
От возраста бывают разные вещи – морщины и дряблость, вялость, мысли путаются от возраста, как сейчас. Я же хочу рассказать о том, что родился.
Когда я родился, запели птицы и встало солнце, и я, будучи ребёнком утренним, всё время был вынужден помнить в будущем – пока рос, пока был взрослым, и сейчас, когда стар, вынужден помнить страх перед рассветом, когда у растений особенное время. Утренние растения собирают росу, раскрывают цветы, а я раскрываю мозг для молотка, которым в него будут забивать гвозди боги. От каждого гвоздя я корчусь, изо рта моего идёт пена, а руки дрожат – с каждым гвоздём всё больше. И тогда эпилепсия кидает меня на пол, но я встаю с этого пола, ползу на руках, упираюсь коленями, ползу к столу, ползу к бумаге. Тогда есть вдохновение. Спустя время эпилепсия снова берёт верх и кидает меня вниз. Тогда уже нужно вставлять мне ложку между зубами, чтобы я не откусил свой же язык.
Всего этого я не видел, так же как и своего рождения, и никогда не помню. Но мне рассказывали.

Следующее
Тогда, когда мне было четыре года с четвертью и ещё несколькими днями, тогда было не всё равно, кто я – растение или нет, но мне-то было всё равно, а родителям было не всё равно.
Странно, но это я помню – как им было не всё равно, а мне всё равно. Можно в четыре года знать, что такое растение и что если ты растение, то быть тебе растением и ничего не поправить в этом? Если и нельзя… а кто-нибудь из вас помнит? Ну если и нельзя, то неважно уже, возможно, это какая-то крутая растительная способность – сразу же смиряться с тем, что ты такое. Это, возможно, такой механизм самосохранения, иначе растения бы все умирали по своему желанию, очень быстро.
Ну и что, что я это я помню, дальше тень в памяти закрывает до хрена дней.

20:36 

- Помню ли я?
Ну, кажется, теперь всё будет по-другому %)

22:37 

lock Доступ к записи ограничен

- Помню ли я?
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
21:28 

- Помню ли я?
В жизни каждого человека наступает момент, когда ему становится вдруг очевидным: пора завязывать с раздолбайством и графоманством и начинать жить нормальной обыкновенной жизнью. Возраст ли физический, особые обстоятельства или же психологическая зрелость являются причиной такого откровения, не имеет особого значения. Главным в данном случае является результат, а не пути его достижения.

Однажды днём некто С., 25ти лет отроду, «художник и поэт» (так он себя рекомендовал девушкам, с которыми пытался знакомиться), l'homme de la profession liberee, зарабатывающий на жизнь «по случаю» - там пара фотографий, здесь статейка, ещё где-нибудь простенький сайтик, проснулся абсолютно счастливым. Поясним: проснулся он, действительно, однажды днём, а не утром, как все рабочие люди, каждый будний день вносящие свой вклад в валовой внутренний продукт. Возможность просыпаться днём когда-то стала не последним доводом в пользу фрилансерского (здесь: раздолбайского) образа жизни.
читать дальше


Current music: Майкл Муркок - Волшебница безмолвной цитадели

12:57 

- Помню ли я?
С Новым Годом, @коллеги.
Счастья.

Current music: 1988 - Группа крови

23:55 

Ссылка для тех, кому сам чёрт не брат

- Помню ли я?

00:03 

- Помню ли я?
Без выбора (бес выбора)

- Дура! Дурра! - кричала Воронишка. Она сидела на четвёртой ветке слева, укутавшись в листву так, что принять её можно было разве что за глубокую тень, но никак не за птицу. Чёрные глаза её блестели злорадством, в этом можно было не сомневаться, даже не видя их.
читать дальше

01:08 

Я не знаю (6)

- Помню ли я?
Рассказ не клеился, бумага злилась на меня и резала пальцы. Со стихами было ещё хуже, потому что стихи - это магические формулы их мира - мира людей, в котором нам приходится жить. Наши предки пришли сюда не просто так, но причины их поступков скрыты от нас, мы существуем в чужом мире, но не имеем даже великой цели, чтобы оправдать свои мучения.
Бумага злилась и резала пальцы.
И каково было им оставаться,
Дышать выдыхаемым словом,
И жизнью платить без уловок?
Красивые слова, которые мы можем складывать с такой лёгкостью, когда-то не имели значения для жителей этого мира. Неужели эта тайная великая цель и заключается в том, чтобы обучить их дышать тем, что мы выдыхаем, будто мы - растения.
Нас мало, мы все знаем друг друга, наше сообщество крепче любых человеческих уз. Так отчего же мне смутно и дурно сейчас, когда придётся снова увидеть своих братьев, рассказать им о странном человеке и о предупреждении следователя, может, я чувствую себя виноватым, потому что моё имя стояло первым в том блокноте? Потому что оно было подчёркнуто дважды?
Потому что я опять думаю о том, что мы - не просто люди, а посланцы иного мира, что у нас есть великая цель, хотя на самом деле я не должен так думать, я должен помнить - это болезнь, к сожалению и к счастью неизлечимая.

18:26 

- Помню ли я?
И остаться нельзя, и уйти невозможно (С)

Победа разума над печатью дней, сбрасывание оков, реализация творческого потенциала и торжественное развеявание его плодов по морскому ветру - всё фигня.

22:50 

Бездарность - это я

- Помню ли я?
"Я с детства говорю на чужих языках
Училась строить мысли по своему - в гимназии учили 8 лет, в университете учили - 7 лет, потом тоже учили... Если не оригинальности, то просто - кавычки ставить и делать сноски в конце страницы.
Учили неправильно.
Как нужно учить - словарь, тема и чистый лист.
Птенцов выталкивают из гнезда, кутят бросают в воду. Чтобы "летать" и чтобы "плавать".

А я прочту книжку - и думаю чужими словами.
Я могу подделывать книги, и сам автор начнёт вспоминать, когда же он написал этот абзац."


Я слушал и не верил, потому что поверить в существование Мастера Копии, это всё равно, что признать, будто насморк можно лечить жабьей икрой, будто подножки в лесу ставят травиничники, будто мир лежит на панцире черепахе, будто...
Будто есть волшебство не только в книгах, которые уже пятьсот лет никто не умеет писать; и что не врут старые легенды, и приходит в конце этого срока Мастер Копии, чья память, будто губка, впитала все приёмы, все хитрости, все les mots - приходит, чтобы продолжить каждую из существующих книг, замерших, застывших, провисших, исчерпавших сюжет и идею. Продолжить одним абзацем - пусть бессмысленным и глупым, бесталанным, но продолжить, сдвинуть, выдохнуть себя в каждую строчку... пусть абзац этот будет вычеркнут и забыт впоследствии.
Поверить, что...

"Вообщем... - девушка печально смотрела в сторону. - Мне больно это отдавать, но тебе нужнее..."
МНЕ???
Я увидел, как из её глаз катятся кровавые слёзы.


22:20 

КвикТайм

- Помню ли я?
Когда мы обращались со временем по-своему, судьба всё равно брала реванш, подсовывая нелицеприятные истины о том, что санки сами на горку не поедут, а у всякий шнур в конце концов оказывается запалом и тому подобные фразы, которые ловкие кондитеры любят помещать на обертки воскресных пряников. В те времена жизнь походила не на маятник, по траектории которого ты всегда был готов повернуться лицом к будущему, а на подкову; скользя по её внутренней стороне, мы то и дело оказывались спиной по ходу движения. Падание по склону в неизвестность, как и положено, наполняло кровь адреналином, даже сверх меры, и мы становились безумцами. Каждый любил мир и себя, каждый мог разрушить и себя, и мир в одно мгновение, а в другое собрать и то, и другое заново. Новизна каждого вдоха соперничала с новизной следующего за ним выдоха. Подкова приносила нам счастье.
Когда с нами случилась самая быстрая штука в мире - время, мы выпали из складок мира и застряли в коре, окружающей его. Наши тела стали пеплом, наши души - болотными огнями, наши сердца зацвели по весне в чужом саду, но наш дух не прекращал ни вдохов, ни выдохов. И печаль его выпадала дождями и снегами, мчалась ветрами, пела водой, и самая быстрая штука в мире отступилась от тех, кто катался на подкове, как на качелях.

20:36 

Пересменок

- Помню ли я?
Петля захлестнула день, обратила его лицом к ночи, и впервые они смогли разглядеть друг друга как следует. Оба они нашли, чему удивиться и о чём подумать: да, так я себе это и представлял(а).
Ночь поразили суетливость и безалаберность дня, который тратил время, будто оно дадено бесконечно, будто усталость - это миф ипохондриков. Она не понимала, зачем он серый, когда может быть цветным, используя тот свет, что даётся ему Солнцем.
И, безусловно, её восхитили деловитость и оптимизм дня, его дружелюбность и открытость, впрочем, непереходящие разумных границ.
Дню не понравились в ночи скрытность и склонность к преувеличениям, порождаемым темнотой, он посчитал, что она могла бы и не гордится тем, что нередко способна ловко выдать одно за другое. Зато её спокойствие и уверенность, посчитал день, выгодня оттеняют его энергичный характер.
Вообще, я бы сказал, что они понравились друг другу.
Я стоял, сжимая петлю в руке, и размышлял о том, должен ли я рассказать им правду о себе - ведь пока они меня не видят, не знают, кто я. Моежт, им стоило бы задуматься, как же так вышло, что они стретились и именно сейчас, но проявив снисхождение, я не стал записывать им это в минус - они молоды, впечатлительны и только что встретились.
Тогда я затянул петлю.
Это нужно было сделать.
Считайте меня злодеем, но подумайте вот о чём: как же иначе ночь сменит день?
И, вы правильно поняли, об обратной смене забочусь тоже я.

12:46 

О ужас

- Помню ли я?
Нет, так жить нельзя, честное слово. Я медленно деградирую, превращаюсь в растение.
Спать до двух, ничего не делать, только в Морроувинд играть и иногда в парке загорать, нет, ещё конечно, читать книжки - это всё-таки не зантия для разумных существ.
Что делать?

Путь

главная